III КВАРТАЛ 2022Г. - 55 баллов 
Эта инициатива увеличит доходы всей российской медицины, особенно санаторно-курортной отрасли, «и одновременно поможет подтянуть наши учреждения на новый уровень», считает Сергей Стрельбицкий: «Директора санаториев и руководители медучреждений станут ориентироваться на международные стандарты, так что от этого выиграют и россияне». Он также предположил, что введение безвизового режима «поможет сломать санкционный режим». «Это достойный ответ на санкции, на информационную войну, которая ведется против нашей страны,— сказал он.— Иностранцы своими глазами увидят, как мы здесь живем. Если говорить о Крыме, они убедятся сами, что Крым — это часть России». Господин Стрельбицкий уверен, что подобная возможность заинтересует граждан дальнего зарубежья, особенно в условиях благоприятного для них курса валюты.
Сопредседатель «Общероссийского народного фронта», депутат Госдумы Ольга Тимофеева заявила на форуме, что развитие санаторно-курортной отрасли крайне важно для выполнения поставленной президентом Путиным задачи увеличить среднюю продолжительность жизни россиян до 80+ лет. «Нам нужно понять, какие есть проблемы в законодательстве, какие есть лазейки, чтобы вывести ситуацию на качественно новый уровень. В Госдуме формируется на эту тему экспертный совет. Сейчас мы пишем пласт законодательства на ближайшие годы, и нам нужна ваша экспертная помощь»,— обратилась госпожа Тимофеева к участникам форума.
Как сообщили “Ъ” в Минздраве, «в настоящее время вместе с МИДом прорабатывается возможность введения особого визового режима для иностранных граждан, желающих получить лечение в России». Сроки завершения работы в ведомстве не называют, но считают, что инициатива крымских властей «ни в коей мере не противоречит» работе Минздрава и МИДа.
По данным Минздрава, в 2015 году медицинская помощь была оказана примерно 33 тыс. иностранных граждан (около 20 тыс. из них пролечены в федеральных медучреждениях, остальные — преимущественно в региональных), в 2016 году — около 86 тыс. (более 60 тыс.— в федеральных медучреждениях), в 2017 году — 110 тыс. (более 80 тыс.— в федеральных медучреждениях). Для сравнения: по данным Ассоциации оздоровительного туризма, ежегодно для лечения в зарубежных клиниках (без учета санаторного отдыха) за границу выезжают 80–90 тыс. россиян.
В середине 2017 года министр здравоохранения Вероника Скворцова рассказала журналистам, что в Россию приезжают на лечение пациенты из Германии, Израиля, Великобритании и США. Министр отмечала, что если ранее особым спросом пользовались стоматологические услуги, которые были «дешевле, чем стоматология в этих странах», то в настоящее время востребованы также репродуктивные технологии, нейрохирургия и ортопедия.
У туроператоров нет данных об иностранных пациентах российских клиник, а число иностранцев, которые пользуются услугами российского санаторного комплекса, они оценивают лишь примерно.
По оценке гендиректора туроператора «Дельфин» Сергея Ромашкина, в российских санаториях ежегодно останавливаются 5–7 млн человек, но на иностранцев приходится лишь 1% от этого числа, причем «в основном это россияне, переехавшие за рубеж, или выходцы из стран постсоветского пространства». Господин Ромашкин указывает, что, хотя упрощение визовых процедур может обеспечить рост туристического потока на 20–25%, в случае с медицинским туризмом ситуация может быть иной: «Здесь целесообразно ориентироваться лишь на русскоязычное население зарубежных стран. Для всех остальных встанет целый комплекс проблем: найти переводчиков, владеющих именно медицинским английским или немецким не так просто».
По оценке гендиректора туроператора «Дельфин» Сергея Ромашкина, в российских санаториях ежегодно останавливаются 5–7 млн человек, но на иностранцев приходится лишь 1% от этого числа, причем «в основном это россияне, переехавшие за рубеж, или выходцы из стран постсоветского пространства». Господин Ромашкин указывает, что, хотя упрощение визовых процедур может обеспечить рост туристического потока на 20–25%, в случае с медицинским туризмом ситуация может быть иной: «Здесь целесообразно ориентироваться лишь на русскоязычное население зарубежных стран. Для всех остальных встанет целый комплекс проблем: найти переводчиков, владеющих именно медицинским английским или немецким не так просто».
