III КВАРТАЛ 2022Г. - 55 баллов 
Это надолго?
Спад по итогам 2025 года – факт, но говорить об устойчивости тенденции пока рано, считает президент и председатель правления группы компаний MRT Владислав Айрапетов:
«2025 год, скорее, выглядит как период перенастройки торговых и финансовых механизмов. Для объективной оценки ситуации важно смотреть не только годовые долларовые показатели, но и физические объемы поставок, структуру товарных групп, долю расчетов в юанях, скорость платежей и помесячную динамику. Именно эти параметры покажут, формируется ли новый баланс торговли в 2026 году или рынок вернется к росту».
Коммерческий директор A-TEAM LOGISTICS Виктор Ткач уточнил, что текущие объемы торговли на какое-то время сохранятся, выход к росту же возможен при определенных условиях, а именно – после стабилизации макроэкономических условий и восстановления инвестиционной активности.
Текущая ситуация видится эксперту затяжной фазой охлаждения, которая связана в первую очередь с параметрами денежно-кредитной политики.
«При ключевой ставке в диапазоне 16–17% бизнес в лучшем случае работает с минимальной маржой. В таких условиях предприниматели не готовы расширять производство или импорт, им гораздо проще разместить средства на депозитах, чем брать на себя операционные и инвестиционные риски. Рост торговли возможен только после существенного снижения ключевой ставки – ориентировочно до уровня 10–11%. Но даже после смягчения политики рынку потребуется от года до полутора лет, чтобы восстановить инвестиционные цепочки, заново запустить проекты и вернуть спрос», – прокомментировал В. Ткач.
По его мнению, в целом для корректной оценки ситуации в торговых отношениях России и Китая изучения стоимостных показателей недостаточно. Важно учитывать физические объемы перевозок; динамику закупок техники и оборудования; активность в строительстве и промышленности; загрузку логистической инфраструктуры; структуру спроса со стороны среднего и крупного бизнеса.
Коммерческий директор логистической компании Free Lines Олеся Зуборева настроена более позитивно. По ее словам, для объективной оценки спада нужно учитывать не общие показатели, а ситуацию в отдельных отраслях: «Здесь мы видим положительную динамику и предпосылки к дальнейшему росту объемов импорта из Китая. Определенные ожидания связаны с возможным понижением ключевой ставки в РФ, которое сможет увеличить активность участников рынка и простимулировать рост объемов товарооборота. Осторожный оптимизм внушает также рост импорта к концу 2025 года. Декабрь превысил ноябрь на 19%».
Анастасия Маслова, руководитель отдела развития компании «Информационные Таможенные Технологии», также отметила улучшение в декабре и в экспорте, и в импорте, несмотря на общие негативные показатели при сравнении года к году: «В декабре экспорт из Китая в Россию увеличился на 2,2%, а импорт из России вырос на 17,1%, положив конец восьмимесячному периоду снижения. Правительства обеих стран предпринимают усилия для восстановления и укрепления экономических связей, включая подписание соглашений в таких областях, как энергетика, аэрокосмическая промышленность, искусственный интеллект и сельское хозяйство, в рамках визита Владимира Путина в Пекин в сентябре 2025 года. Ключевым проектом остается газопровод «Сила Сибири-2», который после ввода в эксплуатацию позволит увеличить поставки российского газа в Китай».
Эксперт также считает, что об устойчивом спаде говорить преждевременно, дальнейшие перспективы экономического сотрудничества будут зависеть от реализации новых крупных проектов, адаптации к логистическим и финансовым ограничениям, а также от общей ситуации в мировой экономике.
Условия для понижения
Эксперты называют целый ряд причин, повлиявших на снижение показателей – как в экспорте из РФ в КНР, так и в импорте в Россию из КНР. На первый, говорит О. Зуборева, повлияло мировое снижение стоимости энергоносителей (нефти, газа, угля). На фактор удешевления российской нефти обращает внимание и А. Маслова: «Согласно статистике за первые одиннадцать месяцев 2025 года, объем китайского импорта российской нефти в денежном выражении сократился на 19,6%, составив 328,5 млрд юаней. Это отражает общее снижение мировых цен на энергоносители, которые играют важную роль в российском экспорте в Китай».
При этом нельзя сказать, добавляет О. Зуборева, что Китай теряет интерес к российскому рынку в плане экспорта: устойчивый рост показывают, например, различные виды производственного оборудования и запчастей, фармацевтика, строительные материалы. Заметную роль в структуре российского экспорта в Китай стала играть сельскохозяйственная продукция, говорит Михаил Хачатурян, доцент кафедры Стратегического и инновационного развития Факультета «Высшая школа управления» Финансового Университета при Правительстве РФ.
Для снижения в импорте из Китая наибольшее значение имело падение объемов поставок китайских автомобилей и запчастей, обусловленное прежде всего заградительными мерами со стороны РФ (повышением пошлин и сборов). За тот же период ввоз автомобилей из Китая в Россию снизился на 56% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, говорит А. Маслова: «Это объясняется как насыщением рынка после всплеска закупок в 2023–2024 годах, так и ростом процентных ставок по автокредитам в России, а также увеличением утилизационного сбора в начале 2025 года. В результате физические объемы поставок автомобилей упали на 46% в годовом исчислении».
«Снижение импорта из Китая в РФ в сегменте товаров народного потребления обусловлено также еще несколькими факторами: уменьшением потребительской активности, общим замедлением роста экономики РФ, сложностями во взаиморасчетах», – комментирует О. Зуборева.
Ключевой причиной снижения китайско-российской торговли в 2025 году в целом являются жесткие денежно-кредитные условия внутри российской экономики, прежде всего высокая ключевая ставка, убежден В. Ткач. Высокая стоимость заемных средств напрямую ударила, по его словам, по тем отраслям, что формируют основной спрос на ввоз из Китая: строительству, промышленному производству, агросектору и инфраструктурным проектам. Отсюда и более ощутимое снижение, чем в импорте в Китай из РФ.
«При ключевой ставке выше 17% значительная часть бизнеса перестает быть рентабельной. В таких условиях компании либо сворачивают деятельность, либо замораживают инвестиционные проекты, либо консолидируются в более крупные структуры. Это запускает цепную реакцию: сокращение производства, снижение объемов строительства, падение ипотечного спроса и, как следствие, резкое уменьшение закупок импортной продукции. В результате мы видим системное падение спроса, которое отражается и на внешней торговле с Китаем», – рассуждает о ситуации эксперт.
В. Айрапетов назвал факторы, повлиявшие на опубликованные результаты торговли между двумя странами:
• Эффект высокой базы 2024 года. Предыдущий год был рекордным, и текущие цифры во многом выглядят как коррекция после аномального роста.
• Ведение статистики в долларах США. Существенную роль сыграло снижение мировых цен на сырье – прежде всего на энергоносители, которые формируют значительную часть российского экспорта в КНР. В физических объемах падение выглядит значительно мягче, чем в стоимостном выражении.
• Платежная и комплаенс-инфраструктура. В 2025 году расчеты между российскими и китайскими контрагентами стали дороже, медленнее и сложнее из-за повышенной осторожности банков и роста транзакционных издержек. Это напрямую влияет на темпы и ритмичность торговли, особенно по импорту из Китая.
А Маслова кроме основных факторов, озвученных большинством экспертов, заметила влияние еще одного – изменения схемы торговых потоков: «Часть китайской продукции теперь поставляется в Россию через посредников в третьих странах, что не отражается в официальных данных китайской таможенной статистики».
Торговый профицит Китая
При снижении торговли (в денежном эквиваленте) с Россией Китай тем не менее по итогам года достиг профицита в торговле с другими странами в $1,2 трлн (+20% к показателю 2024 года). О чем говорит эта рассинхронизация, также поинтересовались у экспертов.
По мнению В. Айрапетова, объяснение одно: российский рынок для КНР важен, но не является определяющим. «Китай наращивал экспорт в другие регионы, параллельно становясь более избирательным в работе с рынками, где выше финансовые и регуляторные риски. Речь идет не о потере интереса, а о повышении требований к структуре сделок и контрагентам», – продолжил мысль он.
В. Ткач заметил, что рекордный торговый профицит Китая отражает глобальную картину его экспорта, но не означает роста по всем направлениям без исключения, рассинхронизация показателей объясняется разницей в экономической динамике. Китайские производители сегодня активно поставляют продукцию на рынки с растущим спросом и более устойчивой экономикой – Ближний Восток, Африка, Южная Америка, страны Азии. Российский рынок на этом фоне оказался в фазе сжатия спроса, прежде всего по капиталоемким категориям, пояснил эксперт.
«Характерный пример: сокращение закупок дорожно-строительной техники, тягачей и спецтранспорта. Это напрямую связано с тем, что такие покупки в России почти всегда финансируются за счет кредитов или лизинга. При высокой ключевой ставке конечная стоимость техники для российского покупателя становится кратно выше базовой цены в Китае. Дополнительное давление создают таможенные пошлины и регуляторные ограничения, из-за которых продукция, стоящая условно один миллион рублей на заводе в Китае, для российского рынка превращается в товар стоимостью в два-три раза дороже. В условиях высокой ставки и снижения доходности бизнеса такой уровень цен просто не поддерживается спросом», – считает В. Ткач.
Он отметил, что в этих новых реалиях все же нельзя записывать Россию в список менее интересных для Китая рынков: «Речь идет не об уходе, а о временном снижении активности из-за экономических ограничений и падения платежеспособного спроса. Китайские компании действуют прагматично и перераспределяют объемы туда, где оборот капитала быстрее и риски ниже».
