Эксперт прогнозирует рост интереса к поставкам российского СПГ по Севморпути

Согласно приведенным экспертом данным, перекрытие Ормузского пролива привело к блокировке 15% мировых поставок СПГ, 20% нефти, а также значительных объемов нефтехимической продукции, удобрений и металлов. В результате боевых действий Катар утратил около 17% экспорта СПГ, что эквивалентно примерно 5% мирового предложения. При этом восстановление производственных мощностей может занять от 3 до 5 лет, из-за чего даже после открытия пролива дефицит энергоресурсов на мировых рынках сохранится. Крупные импортеры энергоресурсов из региона Персидского залива — Южная Корея, Япония и Китай — уже приступили к поиску альтернативных поставок.

«Интерес будет расти на фоне проблем с нефтью как таковой к сжиженному природному газу. В этом смысле вполне можно ожидать оживления по перевозкам СПГ», — ответил Конышев на вопрос о том, будет ли увеличиваться интерес к перевозкам по СМП в условиях перекрытия Ормузского пролива.

Эксперт также подчеркнул, что объективный спрос на российский СПГ существует как минимум у стран Юго-Восточной Азии и Европы. «У Европы, кстати, потребность в СПГ будет только расти, потому что имеющиеся объемы энергоресурсов из США и других стран идут в Азию мимо Европы. И Европе взять это просто негде, даже если она захочет, потому что объективно из-за цен продажи уходят в Азию. Европа сама себя загоняет здесь в угол», — отметил он.

Ранее спецпредставитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами, глава РФПИ Кирилл Дмитриев заявлял, что на Европу надвигается «цунами энергетического шока», связанное с отказом ЕС от российского природного газа. В конце января Совет ЕС окончательно утвердил запрет на импорт российского СПГ с 1 января 2027 года, а трубопроводного газа — с 30 сентября 2027 года.

В целом, как отметил Конышев, Северный морской путь, являющийся частью Трансарктического транспортно-логистического коридора (Санкт-Петербург — Владивосток), сохраняет свою значимость вне зависимости от текущей ситуации на Ближнем Востоке. При этом для разных стран его роль будет различной. «Скажем, если говорить о партнерах по БРИКС, то северный коридор важнее для Китая и других государств Северо-Восточной Азии, чем, например, для Индии. Там есть другая перспектива — связка через мультимодальный маршрут „Север-Юг“ (Мурманск — Мумбаи), но он проходит через Иран. Во всяком случае, по мере развития инфраструктуры на Трансарктическом транспортном коридоре его привлекательность будет расти. Я уже не говорю о перспективе снятия санкций, но она пока под вопросом», — добавил эксперт.