III КВАРТАЛ 2022Г. - 55 баллов 
Помимо унификации документооборота, соглашение предполагает создание открытого доступа к информации о складах, предназначенных для хранения сельхозтоваров. Участники рынка смогут получать актуальные данные о расположении, типе, площадях и объемах складской инфраструктуры, наличии необходимого оборудования, а также о вакантных мощностях для хранения. Это должно повысить прозрачность рынка и эффективность логистики. «Вступление в действие соглашения позволит сформировать единые правила использования данных документов, тем самым значительно упростятся процессы складской логистики», – комментирует доцент Финансового университета при правительстве РФ Михаил Хачатурян. Эксперт также отмечает, что, вероятнее всего, возникнут сложности с выработкой единых трактовок характеристик продукции и условий ее хранения, но резонно предположить, что процесс подготовки документа сопровождался разработкой соответствующих форматов и норм, которые позволят решить большинство сложностей на практике.
«Рынок агрологистики давно уперся в одну проблему – товар может спокойно лежать на складе в соседней стране, но юридически он все еще «чужой». Соглашение о взаимном признании складских свидетельств как раз ломает эту устаревшую логику и переводит рынок в более взрослую фазу. Для логистики это в первую очередь означает ускорение оборота продукции. Когда складское свидетельство признается внутри всего ЕАЭС, участникам сделки не нужно каждый раз заново доказывать существование товара, условия хранения и юридическую чистоту партии. По отраслевой практике, внедрение подобных инструментов позволяет сокращать операционные издержки примерно на 10–20% – за счет уменьшения количества проверок, согласований и повторного документооборота. В аграрной торговле скорость – это буквально деньги. Иногда несколько дней разницы между сделками меняют экономику контракта сильнее, чем колебания тарифов. Унификация складских документов позволяет рынку реагировать быстрее и работать гибче», – отмечает коммерческий директор A-TEAM LOGISTICS Виктор Ткач. Важным аспектом является и финансовая составляющая: складские свидетельства позволяют использовать продукцию на хранении как залоговый актив, что расширяет доступ бизнеса к оборотному капиталу. М. Хачатурян добавляет, что хотя возможность появления сетевых логистических операторов, работающих на всем пространстве ЕАЭС, напрямую документом не предполагается, такое развитие событий представляется вполне логичным, так как позволит выстроить комплексный механизм его практической реализации.
Эксперт также подмечает важный момент: деньги начинают двигаться вместе с товаром, а не догонять его. Складские свидетельства позволяют использовать продукцию на хранении как залоговый актив. На практике участники рынка могут привлекать финансирование примерно на уровне 50–80% стоимости продукции, в зависимости от ликвидности товара и надежности складской инфраструктуры. «Расширение взаимного признания таких инструментов внутри ЕАЭС серьезно увеличивает доступ бизнеса к оборотному капиталу. При этом соглашение – это не волшебная кнопка, а инфраструктура доверия. Реальный экономический эффект будет зависеть от того, насколько быстро заработают электронные реестры складских свидетельств, единые стандарты аудита складов и согласованные механизмы залогового права. Когда эти элементы складываются в единую систему, рынок начинает двигаться заметно быстрее и предсказуемее», – поясняет В. Ткач.
Открытый реестр складов – это тот случай, когда прозрачность начинает работать как полноценный экономический инструмент. Сегодня, по мнению эксперта, мощности хранения сельхозпродукции в странах ЕАЭС огромные, но информация о том, где реально есть свободные объемы, в каком состоянии находится инфраструктура и насколько быстро склад может обрабатывать груз, часто остается закрытой или разрозненной. Когда эти данные становятся доступными рынку, логистика перестает работать «по знакомству» или по привычке.
По экспертным оценкам отрасли, прозрачность складских мощностей и цифровизация информации о них способны снижать затраты на хранение и перевалку продукции примерно на 5–15%. Экономия появляется за счет более точного распределения грузопотоков, сокращения простоев и возможности выбирать склад не по географии, а по эффективности. По сути, склады начинают конкурировать не адресом на карте, а качеством сервиса. Практика показывает, что как только параметры складской инфраструктуры становятся публичными, операторы начинают инвестировать в модернизацию, автоматизацию учета запасов и повышение стандартов хранения. Это довольно быстро поднимает общий уровень рынка. Но у прозрачности есть одно обязательное условие – это доверие к данным. «Если информация в реестре будет регулярно обновляться и подтверждаться едиными стандартами контроля, система действительно сможет снизить логистические издержки и сделать поставки внутри Союза устойчивее. Если же данные будут формальными, рынок это быстро почувствует. М. Хачатурян акцентирует: «Выработанные единые стандарты складских свидетельств на сельхозпродукцию, разумеется, укрепляют продовольственную безопасность стран-членов, создавая общие правила хранения, перемещения и обеспечивая возможность оперативного устранения возможных рисков». Это формирует механизм бесшовного перемещения сельхозпродукции между странами, что особенно важно в условиях рисков нарушения цепочек поставок из третьих стран. Таким образом, соглашение представляет собой шаг к формированию единого евразийского пространства хранения и торговли, где товар будет меньше зависеть от административных границ и больше от реального спроса.
В целом соглашение – это шаг к формированию единого евразийского пространства хранения и торговли сельхозпродукцией. Чем быстрее рынок получит сопоставимые стандарты складской инфраструктуры, тем меньше товар будет зависеть от административных границ и тем больше от реального спроса», – резюмирует В. Ткач.
